Главная Архив фанфиков Новости Гостевая книга Памятка Галерея Вход   


[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS · PDA-версия ]

Приглашаем всех творцов принять участие в новом конкурсе "Посиделки у камина"!   



  • Страница 1 из 4
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • »
Форум Тайн Темных Подземелий » Снейджер-хранилище Темных подземелий » АРХИВ ФАНФИКШЕНА - І » "Портрет", автор Memoria, romance/drama, G, миди (на конкурс "Рождественские СОВы")
"Портрет", автор Memoria, romance/drama, G, миди
СНЕЙДЖЕР Дата: Пятница, 28.12.2012, 23:15 | Сообщение # 1
СНЕЙДЖЕР
Работник Министерства Магии
Статус: Offline
Дополнительная информация


Комментарии к фанфику "Портрет", автор Memoria, romance/drama, G, миди



 
СНЕЙДЖЕР Дата: Пятница, 28.12.2012, 23:16 | Сообщение # 2
СНЕЙДЖЕР
Работник Министерства Магии
Статус: Offline
Дополнительная информация
Название: Портрет
Команда: Рэйвенкло
Экзамен: Зельеварение
Автор: Memoria
Бета/Гамма: Anchemist
Жанр: romance, drama
Пейринг: СС/ГГ
Рейтинг: G
Дисклеймер: Автор не извлекал и не привлекался, если кому-то что-то показалось, это вам только показалось!
Саммари: Лонгботтом-младший на зельеварении в очередной раз перепутал ингредиенты. Что делать с результатом невнимательности ученика, решать профессору Грейнджер, как и то, как справиться с поворотами судьбы
Комментарий № 1: На конкурс «Рождественские СОВы» на Тайнах Темных Подземелий
Предупреждения: AU, ООС
Размер: миди
Статус: закончен
Отношение к критике: можно попробовать


 
СНЕЙДЖЕР Дата: Пятница, 28.12.2012, 23:16 | Сообщение # 3
СНЕЙДЖЕР
Работник Министерства Магии
Статус: Offline
Дополнительная информация
Глава первая. Ошибка первокурсника


Профессор Грейнджер почти бесшумно скользила по классу, внимательно осматривая содержимое булькающих котлов первокурсников. На доске ее аккуратным почерком были выписаны ингредиенты антипростудного зелья: пчелиный воск, пихтовое масло, экстракт цветков лилового вереска, порошок из кедровых орехов и еще несколько компонентов целебного состава, незаменимого в зимнее время. Несмотря на простоту и ясность рецепта, за учениками нужен был глаз да глаз. И профессор отлично справлялась, успевая перехватить заклинанием каплю сока волчьей ягоды, готовую зачем-то сорваться в котел с длинной ложки всегда невнимательной и рассеянной Ванды Слипер. А через мгновение мисс Грейнджер уже придерживала за локоть Тома Фастерса, взявшегося слишком сильно помешивать почти готовое зелье. Еще минута – и под внимательным взглядом профессора затихал Билл Хаммер, выстукивающий по котлу новый хит «Рьяных Мантикор», который занял на прошлой неделе первую позицию в музыкальном хит-параде магической Британии. Профессор Грейнджер была предупредительна и терпелива. Она довольно лояльно относилась к непринужденной, в разумных пределах, обстановке на уроках, что было, наряду со справедливостью профессора и интересными заданиями, одной из причин любви к зельеварению у многих школьников. Даже гриффиндорцы и слизеринцы мирно сосуществовали на уроках мисс Грейнджер.

Блестящая выпускница Хогвартса так же блестяще учила детей к безграничной радости Минервы Макгонагалл, занимавшей вот уже двенадцать лет пост директора.
Однако в молодой ведьме сложно было узнать ту самую Гермиону, всеми силами борющуюся за жизнь и будущее волшебного мира, сыплющую идеями и, во что бы то ни стало, с жаром отстаивающую свою точку зрения. Теперь ведьма была молчалива и внешне скупа на эмоции. Ее пронзительный взгляд иногда останавливался как бы ни на чем и замирал. В такие мгновения невольно затихали и те, кто оказывался рядом. Мисс Грейнджер не общалась ни с кем на личные темы, а если и заводила новые знакомства, то только с целью обмена опытом и новостями. Пожалуй, лишь в одном Гермиона оставалась прежней. Тяга к знаниям переросла в научные интересы: профессор регулярно стажировалась за границей и писала статьи в ведущие научные сборники по зельеварению. Все время молодая ведьма посвящала работе и была весьма требовательна к себе, своим примером воспитывая в школьниках усидчивость и интерес к занятиям. Задания мисс Грейнджер всегда отличались практической направленностью и актуальностью. Перед соревнованиями по квиддичу школьники обычно учились варить костерост и заживляющие мази. Ближе к экзаменам в учебном плане старшекурсников стояло приготовление зелий восстановления сил и укрепления нервной системы. Зимой – а сейчас декабрь был в самом разгаре – дети изучали антипростудные зелья различных составов.

– Занятие окончено. Наберите то, что получилось, из котлов в колбы, сдайте, и можете быть свободны. Увидимся в среду, – тихо произнесла профессор Грейнджер и, сложив руки на груди, оперлась о спинку высокого стула.

Когда все образцы зелий были сданы и последний ученик покинул класс, Гермиона, окинув взглядом котлы, заметила, что над одним из них уже перестал подниматься пар. Антипростудное зелье не должно было остыть еще, как минимум, час. Как раз начинался большой перерыв и обед в Главном зале, где профессор Грейнджер появлялась не так уж часто. Гермиона планировала осмотреть образцы зелий в колбах и выставить оценки, выбрав и законсервировав удачные составы для лазарета. Отсутствие облачка пара над котлом могло свидетельствовать только об одном: она все-таки не уследила за Мэттью Лонгботтомом и он ухитрился сварить какую-нибудь отраву. Это наследственность. Ничего не поделаешь. Невилл преподавал в Хогвартсе травологию, но просил Гермиону никогда не завышать оценки сыну только из-за того, что его отец – преподаватель.

Гермиона вздохнула и направилась к котлу. В нем вместо маслянистого, полупрозрачного зелья поблескивала и переливалась густая, вязкая золотистая жижа.
С губ уже готово было сорваться очищающее заклинание, когда в класс заглянула Макгонагалл.

– Гермиона, я везде ищу вас, друг мой, – директор подошла к Гермионе и заглянула в котел. – О! А почему вы не писали в плане, что хотели научить детей варить олифу?

Она подняла голову и слегка улыбнулась.

– Это снова Мэттью. Тема практического занятия… – Гермиона замолчала и с недоумением поглядела на зелье. – Олифу?
– Мистер Лонгботтом, может, и не силен в стандартной программе, однако... он, определенно, не лишен творческой жилки... Сложить ингредиенты в котел в строго противоположной последовательности, да еще и перепутать... – Макгонагалл прищурилась, и Гермионе на мгновение показалось, что она видит искорки гриффиндорского задора в глазах Минервы.
– Занятно... – произнесла Грейнджер без особого интереса. – Вы зачем-то искали меня, директор?

Гермиона всегда напоминала Минерве Северуса. С первых лет учебы девочки в школе она, как и он в юные годы, была увлечена делом, ее было не вытащить из библиотеки на обед. Часами она проводила за книгами, открывая для себя все новые тайны. Как и Северус, Гермиона с детской непосредственностью и ненасытностью старалась уместить в голове все больше важного, полезного, а значит и интересного. Юная Гермиона была похожа на Снейпа неудержимой жаждой знаний, устремленностью к поставленной цели, азартом в разборе головоломок и даже какой-то непонятостью со стороны сверстников. И теперь уже взрослая ведьма снова напоминала Минерве Северуса, но другого. Замкнутого, необщительного, борющегося с собой и своими... отчаянием и виной. Макгонагалл слишком хорошо понимала, что Гермиона так и не смогла простить себе то, что они с Гарри и Роном просто оставили профессора Снейпа умирать в Визжащей хижине. Даже после стольких лет. Молодая ведьма скрывалась в подземельях и своих комнатах, занимая все время работой и учениками. Она пыталась быть достойной заменой Снейпа. И только ей одной до сих пор казалось, что никогда и никто не заменит его.

– Погодите, Гермиона, сказать по правде, я и забыла, зачем искала вас... – Макгонагалл помедлила и опять внимательно посмотрела на содержимое котла поверх очков. – А знаете, пожалуй, вам нужно отвлечься. То, что случайно получилось у мистера Лонгботтома-младшего, могло бы помочь вам в этом.

Директор снова чуть заметно улыбнулась.

– Олифа? – во второй раз недоуменно переспросила Гермиона, пожав плечами. – Вы думаете, я могла бы написать работу...
– Нет-нет, друг мой, – директор мягко дотронулась до руки Гермионы, – вы мыслите не в том направлении. Я ведь сказала именно отвлечься. Подумайте.

И Минерва, довольно резко развернувшись на каблуках, вышла из класса. Она точно знала, что сегодняшним вечером придет в голову молодой ведьме, и была в глубине души рада этому.


 
СНЕЙДЖЕР Дата: Пятница, 28.12.2012, 23:17 | Сообщение # 4
СНЕЙДЖЕР
Работник Министерства Магии
Статус: Offline
Дополнительная информация
Глава вторая. Неожиданное решение


Гермиона сидела в лаборатории в полном одиночестве. Часы давно пробили полночь. Котел с олифой был помещен в магический круг, в котором поддерживались постоянная температура и влажность, зачарованный черпак периодически помешивал состав, чтобы он преждевременно не загустел. Ведьма думала. Перед ней лежали исписанные листы пергамента с формулами и списками ингредиентов. Роковой ошибкой Мэтью было случайности вылитое в котел льняное масло вместо пихтового. Оно вступило в реакцию с кобальтом, который, пусть даже совсем в малом количестве, но все-таки содержится в кедровых орехах, и ... получилось то, что получилось.
Грейнджер тоскливо поглядела на котел.

– Ну и что мне с этим теперь делать? – подумав вслух, Гермиона провела пальцами по облупившемуся лаку на столе, когда-то принадлежавшем Снейпу. – Интересно, о чем говорила Минерва... Разве что обновить стол... Вы же не будете против, профессор?

Мисс Грейнждер ни в коем случае не сходила медленно с ума. Она просто иногда «разговаривала» с Северусом. Советовалась, немного жаловалась, просила помощи... А иногда – прощения. Гермиона скучала по Снейпу. Ей не хватало его. И она часто винила себя в гибели профессора. Эти бесконечные «вот если бы», «наверное», «возможно» никак не давали ей покоя. Может, это было и глупо, но она ничего не могла поделать со своими чувствами.

Слезинка скатилась по щеке и упала на стол, растекаясь по трещине. Гермиона уронила голову на руки и заплакала. Раньше – чаще, теперь – уже реже, но время от времени она заливала слезами письменный стол в лаборатории, который, скорее всего, потому и облупился.

Взяв наконец себя в руки, Гремиона успокоилась. Новая мысль мелькнула и осветила уставшую и тяжелую голову. Она не будет трогать мебель. Она добавит в олифу природные красители и нарисует себе Северуса.

В кабинете директора портрет Снейпа не появился, несмотря на то, что декан Слизерина побывал директором. По этому поводу Гермиона огорчалась особенно сильно в первые годы своего преподавания. Она ведь первым делом, приехав в Хогвартс подавать документы и зайдя в кабинет Макгонагалл, стала искать глазами его портрет.

– Не ищите, Гермиона. Его нет здесь, – Минерва поправила очки и чуть слышно вздохнула.
– А... где он есть? – с замирающим сердцем спросила тогда девушка.
– Его нигде нет, друг мой. Он не пришел, – и директор указала рукой на висевшую в темном углу пустую раму с табличкой «Северус Т. Снейп /1997–1998/ (1960–1998)». – Боюсь, что он уже не придет.

Гермиона помнила этот разговор слово в слово, как и навернувшиеся слезы, дрожащие руки, больно стукнувшее в грудь сердце. Она даже не сможет попросить прощения за то, что они оставили его тогда умирать...

А потом ведьма прикасалась ко всему, что было пропитано его духом, и ей становилось легче. Она представляла себе, как Снейп сидел за столом, как стучал пальцами по подлокотнику кресла, как перебирал колбы и листал книги. И постепенно она стала беседовать с Северусом так, будто он и вправду все еще был здесь.

Гермиона погладила ладонью столешницу, улыбнулась сквозь слезы своей мысли и отправилась наконец в постель.

В это время Минерва сидела в своем кабинете в длинной, глухой ночной сорочке, кутаясь в плед. Перед ней на столе стояла открытая бутылка Огденского и кубок. Директор смотрела прямо перед собой и держала в руках короткое и совершенно нежданное письмо.


 
СНЕЙДЖЕР Дата: Пятница, 28.12.2012, 23:17 | Сообщение # 5
СНЕЙДЖЕР
Работник Министерства Магии
Статус: Offline
Дополнительная информация
Глава третья. Краски


Выходные Гермионы начались с хорошего настроения ведьмы, что было приятно и непривычно. Профессор Грейнджер уже смирилась с мигренью, с которой она засыпала и просыпалась. А на этот раз субботнее утро порадовало свежим снегом и легкостью мыслей.

Гермиона накинула теплый и мягкий халат и, не собирая непослушные волосы, первым делом заглянула в лабораторию, чтобы проверить неудачное зелье Мэттью. Убедившись, что с содержимым котла все в порядке, она заварила себе чай с мятой и, вернувшись в лабораторию, стала доставать со стеллажей и полок различные коробочки и баночки. Вскоре, на столе выстроились ряды из ингредиентов. Внимательно оглядев приготовленное, Гермиона осталась весьма довольна. Она быстро допила чай, переоделась в рабочую мантию, принесла из кладовой, ко всему прочему, еще несколько маленьких котелков и принялась за дело.

Среди запасов Северуса Снейпа можно было найти множество различных реагентов. Профессор Грейнджер за пять лет своей работы в Хогвартсе тоже не забывала пополнять внушительную коллекцию. Сейчас из всего многообразия Гермиона выбрала то, что могло было бы послужить для создания красок.

Прежде всего, черный. Гермиона высыпала на пергамент из небольшой баночки темную пыль – обожженные без доступа воздуха кости грифона. Подумав немного, она зачерпнула деревянной лопаточкой содержимое другой баночки – прогоревшие персиковые косточки и виноградная лоза. Помедлив, Гермиона добавила на лист свечной копоти. Ссыпав в три маленьких горшочка красящую основу, ведьма стала понемногу добавлять в них олифу, тщательно размешивая содержимое. Несколько движений деревянной ложки превратили то, что было налито в горшочки, в однородные смеси черного цвета немного различающихся оттенков.

– То, что нужно, – прошептала Гермиона, очищая заклинанием пергамент и принимаясь за новую краску.

Синей краской Гермиона решила оттенять складки мантии Снейпа. Мысленно называя цвет «берлинской лазурью», она приготовила краску из крови кентавра, щелочи, железного купороса и квасцов, когда-то заказанных еще в маггловской аптеке «на всякий случай». Для двух оттенков коричневого – посветлее и потемнее – Гермиона выбрала слизь из брюха каракатицы и привезенный из Египта хвост забальзамированной кошки фараона Рамзеса Второго. «Вот изверги, кошечку ведь убили по всем правилам священной церемонии», – поморщилась профессор, тщательно растирая краситель в порошок. Коричневым, который получился совсем темным, почти черным, Гермиона решила рисовать сюртук Снейпа, а светлым – скулы и суставы пальцев зельевара.

Кармин проще всего было изготовить из высушенных самок кактусовой ложнощитовки. Гермиона, повертев в руках пузырек с этикеткой «Dactylopius coccus», щедро высыпала ярко-красный порошок в следующий горшочек. Зачем для портрета профессора ей понадобился красный, Гермиона и сама не знала, однако на яркий цвет было просто приятно смотреть. Жёлтая краска получилась из сока волчьих ягод и листьев берёзы, растертых с мелом. Немного желтизны на коже нарисованного Снейпа только приблизило бы изображение к оригиналу. Гермиона вздохнула и снова очистила лабораторный стол от цветной пыли.

Мысли о Северусе на некоторое время отвлекли ее от красок. Что было бы, если бы он выжил? Как бы дальше складывалась его жизнь? Могли бы они общаться, хотя бы как коллеги? Гермиона смахнула непрошеную слезинку и поспешила закончить с красителями.

Белила для световых бликов она изготовила из прозрачных красных кристаллов красивого и редкого цинкита, размолов их в белый порошок. Его нужно было совсем немного, и профессор Грейнджер экономно потратила лишь щепотку ценного минерала. Ну и последним цветом был зеленый. Гермионе хотелось обернуть шею профессора мягким зеленым шарфом под цвет его факультета... Из длинной колбы, подписанной Снейпом «Prúnus spinósa», профессор Грейнджер достала несколько ягод терновника, раздавила их и до капли вылила сок в один из двух последних горшочков. В ступке она растерла измельченные листья лесных ирисов, срезанных на растущей луне, собрала сок и смешала его с оставшимися квасцами. Получился еще один оттенок зеленого.

Потратив на приготовления красок полдня, Гермиона даже забыла пообедать, но результат того стоил. Перед нею на столе красовались горшочки с красками, которыми она будет рисовать себе Северуса... Гермиона присела на край стола и, потерев нос, чихнула. Кроме красок предстояло приготовить еще мольберт и холст.

Гермиона задумалась. Ее выбор пал на старый стул и покрывало, которое ведьма нашла, хорошенько порывшись в кладовке. Да. Это было именно то, что нужно. Несколько движений палочкой и пара заклинаний, и перед довольной Гермионой стояла прочная конструкция. Перья ведьма превратила в кисти, а угольки для наброска выбрала из камина.

Вздохнув и сев перед мольбертом, Гермиона тронула холст ладонью и провела по нему пальцами сверху вниз. Образ Снейпа в ее мыслях становился все ярче и отчетливее. Она невольно прикрыла глаза, и перед ней предстал профессор в неизменной мантии и сюртуке, его тревожный взгляд был устремлен прямо на нее, в нее. Гермиона вздрогнула и вышла из оцепенения. Скорее, чтобы успеть за памятью, девушка наметила угольком силуэт фигуры, очертания одежды и волос, складки на мантии мага и черты лица профессора. Гермиону чуть потряхивало от возбуждения и ощущения пристального взгляда Северуса. Ведьма обернулась, шумно выдохнула и шепотом выругалась на себя за мнительность. Она попыталась вернуться к холсту, но поняла, что на первый раз с нее хватит.

– Боже мой, Грейнджер, да ты истеричка, – Гермиона встала из-за мольберта и прошла по комнате туда и обратно.

Вернувшись и сев перед начатым портретом, Гермиона вгляделась в то, что нарисовала. Всего несколько штрихов, но это определенно был уже Снейп. Ведьма растерла на пальцах угольную пыль и задумалась. Ей удивительно легко удалось запечатлеть черты профессора, несмотря на то, что она никогда толком не рисовала. Волшебство? Профессор улыбнулась своим мыслям. Как и прежде, она все еще иногда испытывала удивление при виде чего-то волшебного. Это было немного смешно и немного глупо. Гермиона всегда смущалась и стеснялась посещавшего ее чувства и старалась скрывать его от окружающих.

Ведьма снова бросила взгляд на холст.

– Думаю, мы поладим, профессор, – произнесла она, чуть прикусив нижнюю губу.

Затем Гермиона зачаровала мольберт и самодельные краски от случайного взгляда и села за проверку эссе старшекурсников. Вечером профессор Грейнджер собиралась забежать к Минерве на чай. Но Гермиона все еще не могла решить, стоит ли говорить директору о том, что же она придумала делать с олифой или это бы выглядело в глазах Макгонагалл чересчур легкомысленно? Наконец, решив действовать по обстоятельствам, она успокоилась и окунулась в работу.


 
СНЕЙДЖЕР Дата: Пятница, 28.12.2012, 23:18 | Сообщение # 6
СНЕЙДЖЕР
Работник Министерства Магии
Статус: Offline
Дополнительная информация
Глава четвертая. Вечерний разговор


День пролетел незаметно. И, когда над замком сгущались сумерки, Гермиона уже подходила к гаргулье. Произнеся «имбирное печенье», она поднялась по лестнице к кабинету Минервы.

Легкий стук застал Макгонагалл за письмом. Директор поспешно убрала свиток в стол, отложила перо и, взмахнув палочкой, распахнула дверь перед вечерней гостьей.

– Добрый вечер, друг мой, – Гермиона, заметив некоторое волнение в голосе Минервы, на мгновение замерла на пороге, но директор жестом пригласила ее войти.
– Профессор Макгонагалл, все в порядке? – поинтересовалась Грейнджер, присаживаясь в кресло и внимательно глядя на директора.
– Да… да, Гермиона, все хорошо. Неожиданное письмо... Мне нужно ответить... Но это подождет, – Минерва рассеянно дотронулась палочкой до чайника, и тот услужливо стал наливать ароматный чай в чашки.
– Ничего серьезного? – обеспокоенно уточнила Гермиона.
– Нет-нет, все в порядке, – Минерва наконец прямо посмотрела на Гермиону. – Вижу, вы нашли достойное применение олифе?

И она тихонько коснулась пальцем своего носа, пряча улыбку в уголках губ. Гермиона почти неосознанно поставила ментальный щит, но тут Минерва достала из складок мантии маленькое зеркальце и протянула его Гермионе. На самом кончике носа профессора Грейнджер красовалось зеленое пятнышко краски. Гермиона смутилась, но тут же поняла, что ей нестерпимо хочется поделиться со своей мудрой наставницей и старшей коллегой желанием нарисовать портрет Северуса. Гермиона доверчиво подставила нос, почувствовав себя вновь школьницей, а Макгонагалл в одно мгновение очистила пятнышко. И мастер зелий, немного смущаясь, за чаем рассказала Минерве о том, на что она потратила утро. Гермиона начала с того, что она решила изготовить краски, и только в конце, совсем шепотом поведала директору о том, что именно она решила рисовать.

Когда прозвучало имя погибшего зельевара, в кабинете повисла неожиданная пауза. Гермиона меньше всего ожидала такой реакции Минервы. Она была готова и к снисходительной улыбке, и к неодобрительной оценке пустой траты времени, и даже к жалости в глазах Макгонагалл. Но директор так смотрела на нее, что Гермиона испугалась, потому что по взгляду Минервы не могла прочесть ничего.

Пауза затягивалась, Макгонагалл смотрела на девушку напряженно и в упор, Гермиона нервно и слишком громко звякнула чашкой о блюдце.

– Мне, наверное, лучше было сразу очистить котел... – начала она неловко и непривычно для себя оправдываться.
– Нет, зачем же, – будто вышла из оцепенения Макгонагал, – все в порядке, Гермиона. Я могу спросить вас кое о чем?

Гермиона, выдохнув, кивнула.

– Для вас Северус что-то значит?.. Значил? – поспешно поправилась директор.

Гермиона почувствовала, как горло сдавила рука безысходности и невозможности что-либо изменить. Молодая женщина, только что ощущавшая себя беззаботным подростком, внезапно стала старше Минервы. Гермиона отвернулась и почувствовала, как щеку обожгла горячая слеза, а за ней – еще одна... и еще.
– Ну-ну, друг мой, простите. Я не хотела, – у Минервы задрожали губы, но она тут же взяла себя в руки. – Гермиона... Гермиона, вы слышите меня?

Гермиона плакала. Минерва тяжело поднялась со стула, обошла стол и, подойдя к ней, протянула белоснежный платок с вышитым на нем чертополохом. Гермиона сидела почти неподвижно, однако до побелевших косточек впивалась пальцами в подлокотники кресла. Она жестом отказалась от платка и, внезапно перестав рыдать, встала и улыбнулась Минерве сквозь слезы.

– Простите, – просто сказала она.
– Это мне нужно просить прощения, я не знала, насколько все... – Макгонагалл сделала неуверенный жест рукой.
– Я просто устала. Это ничего. Просто устала. К Рождеству будет лучше. Я пойду?
– Идите, друг мой. Идите с Богом, – Минерва закрыла дверь за поспешившей к себе Гермионой и уже в одиночестве произнесла: – Да, конечно, к Рождеству будет лучше... Всегда бывает.


 
СНЕЙДЖЕР Дата: Пятница, 28.12.2012, 23:18 | Сообщение # 7
СНЕЙДЖЕР
Работник Министерства Магии
Статус: Offline
Дополнительная информация
Глава пятая. Ночные размышления


Всю ночь Гермиона не могла уснуть. Все воскресенье она ходила, словно бледная тень, и не притронулась к портрету, краем сознания, будто в тумане, думая о том, что зря она затеяла все это. Сначала ей казалось, что так будет правильнее, спокойнее, но получалось, что она только растравляет себя мыслями о том, кого давно уже нет. Нужно было жить дальше, а она лишь прочнее связывала себя с прошлым.

Когда вечером в коридоре замка от профессора Грейнджер шарахнулись две второкурсницы с Рэйвенкло, она наконец решила взять себя в руки и спокойно подумать, как быть дальше. Сидя на постели и расплетая косу, которую она наловчилась красиво и строго укладывать вокруг головы, Гермиона вспоминала разговор за чаем с Минервой, странное поведение директора и свою внезапную истерику. Непонятная реакция Минервы и последовавший вопрос о Северусе не давали Гермионе покоя. Что-то было не так во всем этом. «Думай, Гермиона, думай, – твердила она себе, перебирая в мыслях детали прошлого вечера, – Минерву что-то беспокоит. Вероятно, это беспокойство как-то связано с письмом, на которое ей нужно было ответить. Она была удивлена, нет, пожалуй, озадачена тем, что я решила рисовать именно Снейпа. Потом этот вопрос... Возможно ли, что письмо как-то связано с Северусом?» Гермиона, закончив с волосами, на минуту замерла, прислушиваясь к ночной тишине. Ее нарушало только мерное тиканье старинных напольных часов. «Нужно ложиться, утром подумаю обо всем этом на свежую голову».

Волшебница наконец легла, натянула одеяло до самого подбородка и закрыла глаза. Но сон не шел. Она повозилась, укрылась с головой и попыталась освободить свой разум. Но ничего не вышло. Тогда Гермиона повернулась на бок и прижала колени к животу – с детства так ей всегда становилось спокойнее и было легче уснуть. Но не в этот раз. Мастер зелий выругалась и, завернувшись в одеяло, нащупав на тумбочке палочку и шепнув «люмос», пошла за снотворным зельем, которое пила крайне редко.

Ступая босиком по прохладному полу, Гермиона направлялась в кладовку. В ее голове вновь проносились обрывки вчерашнего чаепития, взгляды Минервы, мысли о Северусе, его портрете, красках... Вдруг Гермиона заметила легкое движение справа и чуть позади от нее, резко развернулась и обмерла – на нее из-под тяжелых век смотрел Снейп.

Через несколько мгновений Гермиона поняла, что это всего лишь начатый ею портрет, с которого упала задетая, видимо локтем, ткань. Но эти мгновения стоили Гермионе чудом не потерянного сознания. Она приложила ладонь к груди, где рвалось наружу сердце, и осела на стул перед холстом. «Надо было идти в авроры, – подумала она с укоризной, – теряю хватку».

– Вы напугали меня, профессор, – немного успокоившись, произнесла Гермиона. – Надо бы вас все же дорисовать, да? Наверное, к Рождеству? Это уже совсем скоро...

И Гермиона, выбрав самый маленький уголек, четче наметила губы, чуть искривленные в полуусмешке. Снова накинув ткань на портрет, Гермиона, забыв, зачем вставала, легла и на удивление быстро уснула. От тревожности и беспокойства не осталось и следа.


 
СНЕЙДЖЕР Дата: Пятница, 28.12.2012, 23:19 | Сообщение # 8
СНЕЙДЖЕР
Работник Министерства Магии
Статус: Offline
Дополнительная информация
Глава шестая. Непростое решение


Неделя пролетела со скоростью гиппогрифа. Занятия по зельеварению проходили своим чередом, младшие школьники учились варить зелья, исцеляющие раны от ожогов фейерверками, старшие пытались получить составы, пригодные для того, чтобы просматривать в Омуте памяти воспоминания о праздниках. На факультативах, которые посещали особо рьяные юные зельевары шестого и седьмого курсов, профессор Грейнджер потихоньку делилась с учениками рецептами приготовления антипохмельных зелий, справедливо полагая, что всевозможные запреты все равно будут обойдены. А вечерами Гермиона садилась к мольберту и рисовала, обсуждая с профессором прошедший день, новости и грядущее Рождество. Единственным, что продолжало беспокоить Гермиону, было состояние Макгонагалл. Минерва пропадала в своем кабинете, ей чаще, чем обычно, совы доставляли письма, видно было, что директор чем-то обеспокоена и, скорее всего, почти перестала спать. Гермиона несколько раз пыталась поговорить с нею, но Минерва, казалось, чуть ли не избегала мисс Грейнджер. В пятницу вечером на педсовете Гермиона незаметно проникла в мысли Макгонагалл, но единственное, что ей, помимо текущих школьных дел, удалось разобрать в вихре беспокойных мыслей директора, – были неясные очертания листов с письмами, чернил и перьев.

Когда Гермиона потихоньку вышла из сознания Минервы, до ее слуха долетел конец фразы директора:
– ... покинуть Хогвартс на несколько дней…

Гермиона легонько дотронулась до плеча Невилла и шепотом спросила, кто и куда должен уехать. Лонгботтом смешно удивился, что всегда собранная Гермиона прослушала отчет Макгонагалл, и пояснил, что Минерва по неотложному делу вынуждена ненадолго оставить школу. Заместителем на это время была назначена профессор Спраут.

В одну минуту в голове Гермионы сложился план. Ей вдруг во что бы то ни стало понадобилось узнать, что же в тех письмах, которые так беспокоят Минерву. Она чувствовала, нет, она точно знала, что они имеют какое-то отношение к Северусу! Профессор Грейнджер внезапно залилась краской стыда от посетивших ее мыслей. Читать чужую переписку – как неблагородно, как низко! Она чуть было не отказалась от своей идеи, но тут же чувство острой необходимости снова пронзило ее. Она успокоила себя тем, что, если письма не имеют отношения к Снейпу, она даже не будет их читать. И уж тем более Гермиона не собиралась использовать информацию в корыстных целях. В ее душе ни с того ни с сего затеплился огонек надежды на невозможное, на чудо... Ведь приближалось Рождество. Может быть... чудом... И Северус...

Гермиона так глубоко ушла в свои мысли, что не заметила, как педсовет подошел к концу и все разошлись. В кабинете директора остались только Макгонагалл и Грейнджер.

– Вы что-то хотели, друг мой? – тепло спросила Минерва уставшим голосом.
– О... Я задумалась, профессор. Простите, – Гермиона встала. – Важные дела вне хогвартских стен?
– Посмотрим, – уклончиво ответила Макгонагалл, собирая бумаги и пряча их в стол. – Но нужны силы.
– Что ж, надеюсь... все будет хорошо.
– И я надеюсь на это, Гермиона, – Минерва коротко кивнула и улыбнулась. – Доброй ночи.

Покинув кабинет Минервы и спускаясь к себе, Гермиона боролась с собой. Одна половина ее сознания твердила, что времена, когда она воровала из кабинета «ужаса подземелий» шкурку бумсланга, давно прошли, что это вообще было позорно и недостойно гриффиндорки, что врываться тайком в кабинет Минервы и рыться в ее столе – низко, подло, невозможно... Другая ее половина настойчиво повторяла, что письма могут быть о Снейпе, что в них может быть что-то очень важное, крайне важное! Гермиона уже напридумывала себе невесть что. Ей уже даже казалось, что Снейп мог быть, в конце концов, жив!

Гермиона добралась до своих комнат и без сил упала на кровать. Ей снился долгий, беспокойный сон о том, что Снейпа снова убивает Нагини, что Минерва посылает Гермиону спасать его, что она не успевает, что он умирает у нее на руках, что директор строго отчитывает ее за то, что она не справилась с заданием, и о чем-то еще, и еще, и еще...

Проснулась Гермиона поздним утром на смятой мокрой постели вся в слезах. Ее знобило и лихорадило. Профессор Грейнджер была больна. У нее не было сил даже отправить патронуса к мадам Помфри. Но больше всего мучило Гермиону то, что уходило драгоценное время, когда она могла бы пробраться в кабинет Минервы. То и дело Гермиона уплывала сознанием в лихорадочный бред: ей казалось, что к постели время от времени подходит Снейп и объясняет ей, будто школьнице, что ходить босиком по холодному полу подземелий было крайне неосмотрительно.

К вечеру Гермионе стало совсем плохо. Поскольку никто почти никогда не беспокоил ее по выходным – помощи ждать было неоткуда. Ничего не оставалось, как пытаться призвать элементарным «акцио» жаропонижающее зелье. Наконец ей удалось, удерживая палочку в слабых пальцах, полушепотом произнести заклинание и, откупорив прилетевший в руки пузырек, сделать несколько глотков. После этого девушка упала на подушки и мгновенно уснула.


 
СНЕЙДЖЕР Дата: Пятница, 28.12.2012, 23:19 | Сообщение # 9
СНЕЙДЖЕР
Работник Министерства Магии
Статус: Offline
Дополнительная информация
Глава седьмая. В поисках надежды


Проснулась Гермиона за несколько часов до рассвета. Ей стало чуть лучше. И нельзя было этим не воспользоваться. Гермиона укуталась в теплую мантию, и, сжав в руке волшебную палочку, буквально выползла из своих комнат. Она приглушила свет на конце палочки и направилась к кабинету Минервы.

По дороге гриффиндорское благородство вновь стало спорить с когтевранской мудростью профессора Грейнджер. «Знание – сила, – напоминала себе Гермиона, заглушая голос совести. – Я должна знать!» Дорога заняла гораздо больше времени, чем обычно: волшебница останавливалась, чтобы перевести дух, и замирала, закрыв глаза, чтобы от усталости ненароком не потерять сознание. Дойдя до каменного стража директорских покоев, Гермиона шепнула пароль и с трудом поднялась по ступеням, по которым еще вчера вечером взлетела с легкостью. Профессор Макгонагалл покинула школу на рассвете в воскресенье и даже не наложила никаких серьезных запирающих заклинаний, никакой особенной защиты на свой кабинет.

Гермиона, чувствуя заканчивающееся действие лекарства, поспешила прикрыть за собою дверь и приступить к поискам. Выдвинув ящики стола, она стала перебирать находившиеся там свитки: распоряжения, учебные планы, бумаги из Попечительского совета, бумаги из Министерства... Мелькнувшее на них имя заставило Гермиону вздрогнуть. Однако это оказался приказ Министра о присвоении Снейпу звания кавалера ордена Мерлина. «Через двенадцать лет! – Гермиона возмутилась и, едва не задохнувшись, закашлялась. – А что не еще позже?!». «Он мертв. Ему вообще давно все равно», – твердила недовольная вторжением в директорский кабинет гриффиндорская половина. «А что говорят факты? – спрашивала в очередной раз когтевранка в Гермионе. – Тела нет, портрета нет – смерти нет!» И ведьма продолжала перебирать худеющие пачки документов, однако надежда таяла, как огарок свечи.

Когда оставалось лишь несколько пергаментов, в дрожащих руках Гермионы оказался лист с хорошо знакомым почерком. Это, несомненно, было письмо от Северуса Снейпа. Перед глазами Гермионы все поплыло, и сердце стукнуло где-то в горле. Она пробежала глазами текст, не понимая его, и вновь вернулась к началу, попытавшись успокоиться. «Я, Северус Тобиас Снейп, находясь в здравом уме...», «...распорядиться своим имуществом...», «...в случае внезапной кончины...» Что за бред? Это не письмо! Гермиона снова вгляделась в строки. «...похоронить в фамильном склепе Принцев...»

– О Мерлин!.. – простонала Гермиона, сползая на пол. – Завещание... Это просто завещание...

Взглянув на дату внизу пергамента, она беззвучно разрыдалась. Это было написанное за несколько дней до последней битвы завещание Снейпа. В бессильном отчаянии Гермиона наугад произносила: «акцио, письма Снейпа», «акцио, записки Минерве от Снейпа», «акцио...». Все было напрасно. Кабинет Макгонагалл отзывался тишиной.

Наконец, осознав, что больше она ничего не сможет найти, Гермиона, задыхаясь от слез, начала собирать все бумаги и складывать их обратно в ящики. Пальцы не гнулись, свитки, выскальзывая из рук, разлетались по кабинету, но здравый смысл твердил Гермионе, что просто, как есть, все оставить нельзя. Она из последних сил собрала все бумаги, заперла их в стол и буквально вылетела из кабинета.

Как бывает больно падать с высоты пусть даже призрачной и зыбкой надежды на чудо!.. Именно это сейчас чувствовала Гермиона, нарушая безмолвие ночных коридоров замка горькими, едва сдерживаемыми рыданиями. Добравшись до своих комнат, она захлопнула дверь и прижалась к ней спиной. Потом девушка метнулась к мольберту и, обхватив его, разревелась в голос. Ей хотелось выкричать и выплакать всю боль, которая, кажется, собиралась в ее душе эти долгие двенадцать лет.

Гермиона не могла успокоиться еще некоторое время, она то просила прощения у Снейпа, то проклинала его за то, что он погиб, то умоляла вернуться, то просила отпустить ее и дать уже, наконец, жить спокойно. Северус Снейп взирал на нее с легкой усмешкой с почти законченного портрета.


 
СНЕЙДЖЕР Дата: Пятница, 28.12.2012, 23:19 | Сообщение # 10
СНЕЙДЖЕР
Работник Министерства Магии
Статус: Offline
Дополнительная информация
Глава восьмая. Накануне Рождества


Так вышло, что директор сразу по возвращении поняла, что в ее кабинете кто-то был и что-то искал. Это вывело Макгонагалл из себя, и она чуть было не приняла решение вынести обсуждение этого вопроса на педсовет. Но в ее отсутствие из кабинета ничего не пропало. Тогда озадаченная Макгонагалл помедлила с выяснением причин проникновения и занялась более важными делами: приготовлением к церемонии признания Северуса Снейпа героем войны посмертно. Минерва добивалась этого от Министерства последние пять лет. Она представляла все новые доказательства его преданности Ордену, советовалась с портретом Дамблдора, убеждала чиновников и членов Визенгамота, и, наконец, ей это удалось. Необходимые подписи были собраны, и Кингсли прислал свиток с решением Министерства.

Макгонагалл собирала документы, и вдруг палочка засветилась голубоватым свечением. Это значило, что в отсутствие Минервы к ним прикасался кто-то еще. Директор насторожилась и внимательно осмотрела свитки. Она не позволит кому бы то ни было сорвать церемонию, которой она посвятила столько времени и сил! Но нет – все было в порядке, если не считать чуть расплывшихся чернил на справках из отделов Министерства и на завещании Северуса. Минерва, опустившись в кресло, погрузилась в свои мысли, а чуть погодя, отправилась к Гермионе, которую нашла совсем больной в своих покоях.

Последнюю неделю перед Рождеством профессор Грейнджер проводила в лазарете. В понедельник она не смогла выйти на занятия. И директор, вернувшаяся уже во вторник, настояла на том, чтобы Гермиона перебралась в больничное крыло под присмотр мадам Помфри. Гермиона была по-прежнему очень слаба, а главное, к беспокойству медиковедьмы, совершенно не хотела поправляться. Она исправно принимала целебные отвары, прилежно соблюдала режим, но самой ей было все равно. Гермиону можно было часто заметить смотрящей будто бы сквозь собеседника, сквозь стены. Пока весь Хогвартс был охвачен атмосферой Рождества, в лазарете худела и бледнела лучший профессор зельеварения после Северуса Снейпа и любимая ученица профессора Макгонагалл.

За несколько дней до Сочельника Минерва пришла к Гермионе в очередной раз. Директор навещала ее каждый день, терзала в руках свой белоснежный платок и отводила взгляд. Но в тот раз она была спокойнее и увереннее и собиралась эти же чувства передать Гермионе.

– Друг мой, – позвала Минерва шепотом, присаживаясь на стул рядом с кроватью Гермионы, – вы спите?
– Нет, профессор, – Гермиона открыла глаза.
– Вам лучше?
– Да, спасибо, сегодня уже совсем неплохо.
– Гермиона... – Макгонагалл помедлила, – думаю, вам нужно закончить портрет Северуса. Осталось ведь совсем немного... И у вас он вышел совсем... совсем как живой. Закончите его? К Рождеству?

В глазах Гермионы блеснул, но тут же погас огонек.

– Вы думаете?
– Я уверена.
– Хорошо, я ведь уже сегодня смогу перебраться к себе, так?
– Да, друг мой, однако обещайте, если вдруг вам станет хуже, вы сразу позовете меня или Поппи.
– Обещаю, – кивнула Гермиона и попыталась улыбнуться.

Но попытка вышла такой жалкой, что Минерва едва удержалась от того, чтобы пожалеть молодую ведьму, погладив ее по голове, словно собственную дочь. Директор справилась с этим непроизвольным желанием и, просто пожав теплую ладонь девушки, покинула лазарет.

К вечеру Гермиона была уже у себя. Выпив лекарства, она села напротив мольберта и медленно потянула ткань с холста. Действительно, портрет был почти закончен. На вольность в виде зеленого шарфа у Гермионы все-таки не хватило духу, и краска пригодилась для того, чтобы нарисовать позади профессора слизеринские шторы изумрудного цвета.

Гермиона, пытаясь отвлечься от постоянных мыслей о Снейпе, тщательно дорисовывала детали на картине. Краски почти закончились, размешивать новые Гермионе не хотелось. Она больше не разговаривала с портретом, не заглядывала в его темные, получившиеся такими пронзительными глаза, не спрашивала ничего и не шутила. Гермиона просто обещала себе и Минерве его дорисовать. Она понимала, что сама была виновата, пойдя на поводу у бесплотных надежд, но, Мерлин… Вот так потерять профессора во второй раз, спустя долгое время после его настоящей кончины, было, кажется, еще больнее.


 
СНЕЙДЖЕР Дата: Пятница, 28.12.2012, 23:19 | Сообщение # 11
СНЕЙДЖЕР
Работник Министерства Магии
Статус: Offline
Дополнительная информация
Глава девятая. Рождественская ночь


В Главном зале царило торжество. Родители многих школьников согласились оставить детей в Хогвартсе на рождественские каникулы, и теперь школа была охвачена праздником. Пушистые елки ссыпали нетающий волшебный серебряный снег на каменный пол. Призраки факультетов играли с учениками в фанты и загадывали им загадки. Зачарованный оркестр исполнял «Ночь тиха», «Колокольчики звенят» и другие, самые что ни на есть рождественские, мотивы. Профессора за праздничным столом вели неспешную беседу. Только директор Макгонагалл, открыв вечер, покинула Главный зал, объяснив это необходимостью закончить важное, не терпящее отлагательств дело и пообещав через некоторое время вновь присоединиться к коллегам. А профессор Грейнджер, сославшись на то, что до сих пор чувствует легкое недомогание, тоже потихоньку ушла к себе. Ей хотелось побыть одной. Почти одной.

Гермиона, зайдя в комнату, выложила на кровать маленькие подарки и рождественские открытки от учеников и презенты от профессоров. Приятно, что о ней думает столько людей. Хорошо, что они все есть у нее. Вот только… Она грустно улыбнулась, сняла нарядную мантию и подошла к мольберту. Портрет был закончен. С холста на Гермиону взирал профессор Снейп. Такой, каким он запомнился ей. Она провела кончиками пальцев по волосам Северуса, по нарисованному плечу, закрыла глаза и позволила теплым соленым слезам скатиться с ее щек. Пришло время наконец отпустить его.

Минерва уже видела портрет днем. Гермиона взяла с нее обещание никому не говорить о нем ни слова. Пора было заканчивать. Как же ей хотелось сейчас, чтобы хоть слово прозвучало с холста. Как остро она почувствовала, что волшебство имеет свои границы возможного. Как ясно она поняла, что горечь разочарования – непременное следствие сладости очарования. Иллюзией, надеждой, мечтой…

Гермиона вспомнила, будто это было вчера, как Лонгботтом-младший допустил ошибку на занятии. Как Минерва посоветовала ей подумать, как можно с пользой употребить то, что получилось. Как она никак не могла найти решение, и вдруг оно пришло в голову само собой. Как она с воодушевлением подбирала красители, производя сложные расчеты сочетания компонентов и пропорций. Как она рисовала, как говорила с Минервой о Снейпе... Дальше вспоминать не было сил.

Часы начали бить полночь. Гермиона вздрогнула, поднесла кончики пальцев к своим губам, потом осторожно приложила их к губам Снейпа и, прошептав: «С Рождеством тебя, Северус...» - открыла баночку с растворителем.

– На вашем месте я бы не стал этого делать, мисс Грейнджер.

Гермиона, в ужасе отшатнувшись от портрета, спиной налетела на стол, на котором жалобно звякнули склянки.

– Бог мой, какая несдержанность. Я только отметил, что портрет весьма неплох.

От неожиданности Гермиона не сразу поняла, что такой знакомый голос раздается вовсе не с портрета, а позади нее. Не чувствуя резкой боли от удара и еще не веря себе, она повернулась и, увидев Снейпа, бросилась к нему. Он не успел ничего сделать, а девушка уже прижималась к его груди, обвивала его руками, всхлипывала и лепетала что-то неясное, из которого можно было разобрать только повторяющееся: «живой, все-таки живой!..» и «Господи, спасибо Тебе!..» Он невольно обнимал ее в ответ, и все колкие замечания, вроде того, что он «и не думал умирать на радость гриффиндорцам» или что «спасибо не Господу, а безоару и кровоостанавливающему», медленно покидали его мысли, вымываясь каким-то теплым, давно и старательно забытым ощущением.

– Мисс Грейнджер... – позвал он ее наконец. – Мисс Грейнджер... Гермиона...

На его попытку осторожно отстранить ее от себя, девушка замотала головой и еще крепче прижалась, уткнувшись лбом в его грудь. Северус вздохнул и устроил свою ладонь между ее еще немного вздрагивающих лопаток, чуть поглаживая худенькую спину Гермионы.

Он не хотел возвращаться только потому, что считал свой долг выполненным и думал, что здесь, в этом счастливом, спокойном магическом мире, теперь не нужен никому, словно старый, треснувший, негодный котел, который даже вычистить уже невозможно. Но в этот двенадцатый год своего отшельничества Северус почувствовал, что ему больше не вынести добровольного изгнания. И он, поддавшись слабости, выпил огневиски и написал Минерве короткое письмо. С утра он уже жалел об этом опрометчивом поступке, разворачивая конверт от Макгонагалл и ожидая в нем сухой ответ. Но Минерва так искренне и горячо радовалась весточке от него, что между ними завязалась переписка, в которой директор Хогвартса осторожно и как бы невзначай все время спрашивала Северуса, не хотел бы он вернуться. Она, рассказывая ему о школьных делах, факультетах и преподавателях, часто упоминала мисс Грейнджер, как прекрасного мастера зелий, не дающего спуску маленьким бездельникам. Письма Снейпа, по его просьбе, Минерва отправляла со своими ответами обратно. Он пока не хотел, чтобы о нем даже случайно узнал кто-то еще.

Но однажды Минерва вскользь упомянула о портрете Северуса, который решила писать Гермиона. Это письмо поставило точку в колебаниях Снейпа. Прочитав про портрет, он горько усмехнулся, но потом понял: о нем вспоминали, о нем думали, его ждали... Он был нужен там, возможно, даже больше, чем себе. И Снейп принял решение.

Северус закрыл глаза и опустил голову, уткнувшись в волосы почти затихшей Гермионы.

В коридоре под факелом, спиной к стене, стояла директор Макгонагалл. Она проводила Северуса сюда и осталась снаружи. Ей не нужно было заглядывать в комнату Гермионы, чтобы знать, что двое ее бывших учеников сейчас стоят в тишине, обнявшись. Минерва изредка промакивала уголки глаз платком, а потом вдруг улыбнулась своей мысли и пошла в Главный зал к еще оставшимся за рождественским столом коллегам. Она наверняка знала, что Гриффиндор в этом году, благодаря особой умственной одаренности мистера Лонгботтома-младшего, снова получит кубок школы. В большие песочные часы факультета славного Годрика с тихим мелодичным звоном все падали и падали яркие рубины.

Конец


 
Lumos Дата: Четверг, 03.01.2013, 20:04 | Сообщение # 12
Lumos
Maxima
Статус: Offline
Дополнительная информация
Рэйвенкло, спасибо вам за фик. Очень интересная идея с портретом и красками.
Очень неожиданно.

И встреча главных героев мне очень понравилась.

Несколько смутили вот эти моменты:


Автор, большое вам спасибо за историю.


Только слова придают реальность явлениям.


Коллажи и рисунки


Сообщение отредактировал Lumos - Четверг, 03.01.2013, 20:05
 
olala Дата: Четверг, 03.01.2013, 20:14 | Сообщение # 13
olala
Slytherin vs. Ravenclaw
Статус: Offline
Дополнительная информация
1. Соответствие заданию -10
2. Сюжет - 5
3. Общее впечатление - 7

К фикам с живыми портретами питаю большую слабость. Однако же нравственное перерождение Снейпа под влиянием портрета меня не убедило grust3 Ещё меньше меня убедили страстные - или нежные? - объятия после долгой разлуки и полного отсутствия предшествующих отношений. Но вся эта возня с красками и постепенное дорисовывание мне всё-таки понравились!


ΠΛΕΙΝ ΑΝΑΓΚΗ ΖΗΝ ΟΥΚ ΑΝΑΓΚΗ
 
Memoria Дата: Четверг, 03.01.2013, 20:44 | Сообщение # 14
Memoria
Seconda Navigazione
Статус: Offline
Дополнительная информация
Так, это я почитаю попозже. На главной написано - мини - а в шапке - миди grust1 и правда текста много, а времени пока - не очень. СОРРИ.
 
vol4ok Дата: Четверг, 03.01.2013, 21:00 | Сообщение # 15
vol4ok
Серый и Пушистый
Статус: Offline
Дополнительная информация
1. Соответствие заданию 10
2. Сюжет 6
3. Общее впечатление 7

Меня не убедил белый и пушистый Снейп, да и Гермиона, 12 лет пребывающая в слезах - это нечто... Все знающая на год вперед Макгонагалл неуловимо напоминает Дамблдора (если эта опция не передается вместе с директорским креслом, конечно). Слишком долго и подробно, как мне кажется, готовились краски. Некоторые моменты текста звучат странно. К примеру, про суставы пальцев... жутковато, представляется учебник по пластанатомии


Свинья, которая не летает – это просто свинья.
 
olala Дата: Четверг, 03.01.2013, 21:04 | Сообщение # 16
olala
Slytherin vs. Ravenclaw
Статус: Offline
Дополнительная информация
Цитата (vol4ok)
Все знающая на год вперед Макгонагалл неуловимо напоминает Дамблдора (если эта опция не передается вместе с директорским креслом, конечно).

da4 Уверена, что передаётся!


ΠΛΕΙΝ ΑΝΑΓΚΗ ΖΗΝ ΟΥΚ ΑΝΑΓΚΗ
 
Астрея Дата: Четверг, 03.01.2013, 21:23 | Сообщение # 17
Астрея
Без фанатизма!
Статус: Offline
Дополнительная информация
А я и не знала, что в Грейнджер затаился, как рояль в кустах, великий художник!
Сколько там времени прошло? Сын Невилла - первокурсник? Ну и родился он, я так понимаю, не сразу после Победы (Невилл прям титан, да!). То есть, прошло от двенадцати лет. И она все еще рыдает? И называет его "Северусом"? С какой стати? Про "молодых" и просто "ведьм" и "девушек", я даже говорить не буду. Гермиона, внезапно решившая, что письма, которые получает спустя двенадцать лет со дня гибели касаются Северуса - это за гранью добра и зла, простите великодушно. А потом она пошла их читать. Тайком. В кабинет директора. У меня все слова где-то потерялись ваще.

Цитата (СНЕЙДЖЕР)
Ведь приближалось Рождество. Может быть... чудом... И Северус...

с чего вдруг? спустя двенадцать лет? почему не через год, два, три? чего она вообще переполошилась через двенадцать лет? чего она сидела и портила стол слезами все это время, а?
Цитата (СНЕЙДЖЕР)
й не нужно было заглядывать в комнату Гермионы, чтобы знать, что двое ее бывших учеников сейчас стоят в тишине, обнявшись.

понимаю, что флафф, что сентиментальщина зашкаливающая - но ПОЧЕМУ!? они были любовниками, они испытывали чувства? они общались? почему они должны обниматься? кто все эти люди и почему они все это делают? а уж за профессора мне просто обидно. так же как за полное отсутствие волшебства в развязке. приехал он.
Цитата (СНЕЙДЖЕР)
Минерва изредка промакивала уголки глаз платком

и эта туда же...

К заданию. Ммммм... ошибка, допущенная студентом может быть, конечно, принята за случай на уроке. Тогда, конечно, правильный ответ или сваренное зелье - это тоже случай. Все последующие события, на мой взгляд, просто притянуты за уши. А еще очень нравится Минерва, которая разбирается в том, что сварил ученик лучше, чем
Цитата (СНЕЙДЖЕР)
лучший профессор зельеварения после Северуса Снейпа и любимая ученица профессора Макгонагалл.

Насчет небанальности - идея с портретом пусть и не нова, но все же лучше, чем бесконечно взрывающиеся котлы. Насчет ума... скажем, Гермиона здесь вообще не очень умная женщина. "Молодая ведьма" за тридцатник. Хотя, конечно, знание того, как сделать краски... А если еще и в справочнике посмотреть...

Могу отметить как плюс скрупулезное отношение к деталям и дотошные описания. Которые, несомненно, погружают в атмосферу.

1. Соответствие заданию - 8
2. Сюжет - 5
3. Общее впечатление - 4

Больше всего мне здесь нравится обращение Минервы: "Друг мой". Прям вот что-то такое задело.


Можешь не писать - не пиши. (с)
Иконостас
 
olala Дата: Четверг, 03.01.2013, 21:43 | Сообщение # 18
olala
Slytherin vs. Ravenclaw
Статус: Offline
Дополнительная информация
Цитата (Астрея)
Насчет небанальности - идея с портретом пусть и не нова, но все же лучше, чем бесконечно взрывающиеся котлы.

У каждого фикрайтера есть свой портрет! podmig1
Цитата (Астрея)
Тогда, конечно, правильный ответ или сваренное зелье - это тоже случай.

И очень редкий! ok3


ΠΛΕΙΝ ΑΝΑΓΚΗ ΖΗΝ ΟΥΚ ΑΝΑΓΚΗ
 
Клепуся Дата: Четверг, 03.01.2013, 21:51 | Сообщение # 19
Клепуся
канцекрыс обыкновенный среднепушистый
Статус: Offline
Дополнительная информация
Автор! Спасибо за проделанную работу. Прочитала. Язык вроде неплохой. Понимаю, что у каждого свое видение героев, но Гермиона и краски - сразили напрочь grust1



 
GODik Дата: Четверг, 03.01.2013, 22:04 | Сообщение # 20
GODik
Второкурсник
Статус: Offline
Дополнительная информация
Из-за того, что Лонгоботтом сварил не то, Снейп "воскрес"? И, действительно, что-то не верится, чтобы профессор размяк, потому что Грейнджер пишет его портрет....
Начала скучать на описании ингредиентов, всех.. ИМХО, в первом случае этого можно было избежать. А изготовление красок как-нибудь поинтересней сделать. grust1
Где-то, конечно, фик зацепил, но в общем длинно и ни про что. Sorry.
1. Соответствие заданию - 8
2. Сюжет - 6
3. Общее впечатление - 5


Ich will dass ihr mir glaubt
 
Форум Тайн Темных Подземелий » Снейджер-хранилище Темных подземелий » АРХИВ ФАНФИКШЕНА - І » "Портрет", автор Memoria, romance/drama, G, миди (на конкурс "Рождественские СОВы")
  • Страница 1 из 4
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • »
Поиск:

Последние новости форума ТТП
Последние обновления
Новость дня
Новые жители Подземелий
1. "Охота на ведьму", пер. ...
2. "Справедливости ради", а...
3. "Кому везёт, на том и едут&qu...
4. "Не покидай...", Michmak...
5. Поиск фанфиков ч.3
6. НОВОСТИ ДЛЯ ГЛАВНОЙ-10
7. "Отец героя", автор Olia...
8. "Найди свою гавань", tzh...
9. "Визиты", NikolettaNika ...
10. Приколы по ГП
11. "Утонуть в огнях большого гор...
12. Стихи от cold
13. "Нежданная гостья", Элин...
14. "Папина дочка", перевод ...
15. Заявки на открытие тем на форуме &...
16. "Разрешите представиться, мис...
17. Съедобное-несъедобное
18. "Это элементарно, мой дорогой...
19. "Ассистентка", автор фел...
20. АЛАН РИКМАН
1. Semantic[22.09.2021]
2. Lesya-Olesya[21.09.2021]
3. Ketrasha[20.09.2021]
4. NevolinaNatalie[19.09.2021]
5. SvetlanaSp[17.09.2021]
6. YaMaha[14.09.2021]
7. Amelia_Weir[14.09.2021]
8. Hayall[13.09.2021]
9. ketmay76[10.09.2021]
10. Nikoteen[10.09.2021]
11. StrikS[09.09.2021]
12. Anna_Korso[06.09.2021]
13. Rokudaime[05.09.2021]
14. MaryVolf[05.09.2021]
15. Andreyhof[02.09.2021]
16. KolyaLix[31.08.2021]
17. Irafro[29.08.2021]
18. Аргентина[29.08.2021]
19. Ana88[25.08.2021]
20. Kerandis[25.08.2021]

Статистика и посещаемость


Сегодня были:  Grmain, Фелисите, mucik, Papillion, Becbay, Иланор, AlLa, kaileena13, basty, bfaith, vega_1959, _Loveless_, Liss, tabby_cat, Lory, Oksi, solace22, Leontina, Alatiel, tanushok, Полынь, KikiFoster, Ofelia, Нета, baltazar1885, la_muse, tashest, SAndreita, val_NV, boo, GoTiKa, irishka666, Julia87, Anna2012, Gaige, ir0807, a1234567890a, Katarina_Snape, Olias, AnaSneape, JtanyaS, TreeLiss, Xloja, AmD, HimeraNO, Kailli, InBardo, tzhrv, an, Артис, Natasha_Gerun, [Полный список]
© "Тайны Темных Подземелий" 2004-2021
Крупнейший снейджер-портал Рунета
Сайт управляется системой uCoz